Белорусские актеры театра и кино Люди театра и кино Интервью, рецензии Ссылки Гостевая

   Карта сайта  Для писем  На главную
• БИОГРАФИЯ

• ТЕАТР

• КИНО

• ПРЕССА

• КОММЕНТАРИИ


Если Вы заметили неточность,
если Вы располагаете
дополнительными
сведениями, напишите
администрации
или оставьте
сообщение в Гостевой.
Спасибо.
  АКТЕРЫМВИКТОР МАНАЕВ

Манаев Виктор Сергеевич
Фото Андрея Спринчана
 Манаев Виктор Сергеевич 
    Виктор Манаев
     Валентина Оскерко

В 1980 году в Купаловский театр пришел выпускник Белорусского театрально-художественного института Виктор Манаев. Первой работой была роль мальчика в спектакле «Кошка, которая гуляет сама по себе» по Киплингу, потом - Кай в «Снежной королеве»
Г.-Х. Андерсена, пионеры-герои... И вот уже 26 лет артист неизменно удивляет зрителя, да и сам смотрит на мир удивленно.


    ДЕТСТВО И... КУКЛЫ

Виктор Манаев родился 7 августа 1958 года в Минске. Когда ему было всего два года, случилось несчастье: в пожаре погибли отец и брат. Вся тяжесть заботы о троих малышах и старенькой бабушке легла на плечи мамы, Ульяны Мироновны.
- Маме приходилось очень много работать, - вспоминает актер. - Всю жизнь она была продавцом в магазине на Московской улице, в мясном отделе. Выдающимся продавцом. В семидесятые годы она одна из первых в Минске получила звание заслуженного работника торговли, хотя не была партийной. Помню, как с работы мама приходила с больными, обмороженными руками: куры, утки с прилавка - навесы, самой надо было и считать, и подавать товар - тогда все делал продавец. И все же именно работа и дети - вот что помогло ей жить. Вся улица, где моя мама работала в магазине, знала ее, и все ее очень любили. Раньше здесь было много частных домов, и окрестные жители передавали нам, детям, груши, яблоки, сливы... Маму очень любили на Московской...
Казалось бы, судьба Виктора была предрешена: 8 классов - и на завод. Однако он решил стать артистом.
- Моя мама всегда говорила мне одно: «Знай, дорогой мой, где хорошо тебе, там будет хорошо и мне. Если тебе будет там хорошо - иди. И дай Бог тебе поддержки». Мама закончила всего лишь семь классов, но по душевному образованию она была, конечно, высшей школы. Человеком очень тонким, деликатным, добрым. Невероятным человеком. Наверное, каждый так говорит о своей маме?
В 1975 году, сразу же после школы, Виктор Манаев в театрально-художественный институт не поступил. Но судьба (видимо, побоявшись, что мир потеряет Артиста) привела его в кукольный театр, где Виктор проработал целый год без всякого образования.
- Я настолько полюбил кукольный театр, что решил стать кукольным актером. Даже поступил на кукольное отделение. Но однажды наш режиссер Андрей Федорович Андросик пригласил худсовет театра имени Янки Купалы на спектакль (живой, а не кукольный) по рассказам Чехова, в котором я играл много ролей сразу. И после просмотра сказал мне: «Ты пойдешь работать в Купаловский». И мне пришлось выбирать: или любимые куклы, или большая сцена.
Я действительно ушел в театр Купалы. Но я ни о чем не жалею, хотя продолжаю любить кукольный театр не меньше тех, кто там работает.

    АРТИСТ, КОТОРЫЙ ВЕРИТ

- Я, можно сказать, был бабушкиным сынком, - рассказывает Виктор Манаев. - Она родилась еще в XIX веке, была неграмотной и очень религиозной. А я, как самый младший, всегда оставался с ней. Когда ходила в храм по воскресеньям и на Пасху, всегда брала с собой. Мой дед в 70-е - начале 80-х был старостой минского Свято-Духова кафедрального собора. Поэтому даже тогда, когда в собор было трудно попасть - комсомольские «прожектора» стояли - я ходил в храм.
«Как же уживаются в одном человеке религиозность и любовь к лицедейству?» - спросят некоторые.
- Уживаются. Ведь еще Николай Гоголь сказал: «Нет такого орудия, которое не может служить во славу Божью». Театр может напомнить человеку, что тот - человек, что у него есть душа, что можно сострадать, что нужно любить ближнего. Это - как бы первая ступенька на пути к духовному самосовершенствованию, хотя всякое искусство есть душевная деятельность, а не духовная. Но, конечно, в каком-то смысле религия и мешает профессии: приходится разборчивее относиться к словам, текстам, пьесам, режиссерским воззрениям. Актер должен быть по-своему бдительным. Ведь мы не все едим, что нам подают, перебираем. Никто не ест яд или какие-то мухоморы, хоть они будут под соусом из клубники-земляники. И в творчестве всеядность - очень опасная вещь. Ты пропускаешь роль через себя, и это все питает тебя. Надо быть избирательным, чтобы потом не говорить, что ошибся.

    ВАМ В РОЛЬ? ВОЙДИТЕ!

В 1998 году в Купаловском театре, в котором Виктор Манаев к этому времени играл уже во многих спектаклях, родился спектакль ART по пьесе Я. Реза. За сложную постановку взялся известный сегодня режиссер Николай Пинигин. Сложность пьесы - в сухих диалогах, без всяких ремарок (кроме, разве что, «хмыкает» и тому подобного). Видел? - Видел. Был? - Был. Смеялись? - Смеялись. И так далее. Артисты позже признавались, что вначале пьесу не поняли. Что тут такого особенного? Как это можно сыграть? Но Пинигин смог все это закрутить.
А вот актерский состав - Виктор Манаев, Игорь Забара и Сергей Журавель - сложился сразу же.

- Он собрал нас, таких вот разных. Мне кажется, что роли очень удачно легли на наши характеры. Николаю без музыки слышимой удалось создать целую симфонию отношений троих друзей. Время идет, они взрослеют, жизнь меняется, и невозможно вернуть ту юношескую, детскую дружбу, уходит непосредственность, искренность, появляются какие-то условности типа женитьбы-неженитьбы. Эта пьеса смешная и в то же время грустная - об уходящей молодости, об уходящих друзьях: одних забирает время, других - обстоятельства жизни... Вообще все меняется: и мы, и мир вокруг. В спектакле мы хотели рассказать людям, как важно беречь друг друга.
Уже почти 9 лет идет эта постановка. Сегодня прокатом спектакля занимается продюсерский центр Magic Max.
С Николаем Пинигиным Виктор Манаев работает с 1985 года. Не удивительно, что режиссер, решив ставить поэму Якуба Коласа «Сымон-музыка», не оставил актера без роли. Репетиции спектакля начались год назад, в сентябре 2005-го, а уже в ноябре зритель встретился с колоритнейшим персонажем - «Дзедам-жабраком» - в исполнении Виктора Манаева. Актер считает, что все самое значительное в театре он сделал под руководством Пинигина, а «Сымона», смеясь, называет лучшей премьерой прошлого сезона: потому, что в ней он играет, а в других - нет.
- Я люблю своего героя. Он артист. Ему не важны деньги, гораздо важнее повеселить людей. У него в спектакле целый номер. Как он говорит: «Я расказваць буду казкі - у мяне іх цэлы воз!» Он актер, которому нравится перевоплощаться, а вовсе не гадкий обманщик. Не столько нищий, сколько Поэт «жабрацтва». «Рвань ёсць беднасці адзнака. Беднасць - доля жабракоў!» Мол, зачем же тебе хороший халатик, никто ж денег не даст! Замечательное такое существо, хорошее.
Неприязнь в отношениях между артистами, назначенными на одну роль, - обычное дело в театре. Про актрис так и говорят: хочешь поссорить подруг - дай им одну роль. Да и среди мужчин часто наблюдается ревность к напарнику. Здесь Виктор Манаев выделяется своей выдержанностью и философской позицией.
- Сейчас, например, мы играем в паре с народным артистом Геннадием Гарбуком. Никогда не думал, что у нас будет одна роль: небольшая разница в возрасте - лет двадцать... Но это и удобно, с другой стороны: если на съемки надо съездить - мы всегда можем прийти друг к другу на выручку. С радостью, с любовью отношусь к напарникам.
Но спектакли с разными актерами очень отличаются. Как нет двух одинаковых людей, так нет и двух одинаковых трактовок образа. Так что, если зрители хотят увидеть какой-то спектакль объективно, они должны посмотреть, как играет один исполнитель роли, потом - другой. Личности-то разные. Актер - это человек, который рисует самим собой. Художник красками, скульптор камнем, а актер - собой.

    САМ СЕБЕ КРИТИК

У Виктора Манаева как актера есть свои табу. Например, сейчас он ни за что не станет играть женщину.
- Хватит пародий, а это всегда получается пародия. Хватит пародий, тем более, не всегда добрых. Какой-то сарказм, издевательство... Грань корректности, приличия найти очень трудно. Юрий Стоянов в «Городке» ее находит - он, например, голос не меняет. Но все остальное - это ужасно, уродливо и отвратительно.
В спектаклях ничего подобного я никогда не играл. Но где-то лет 20 назад в театре проводился очередной «капустник», и мы с друзьями придумали критикессу Раису Монькину. Это был собирательный образ критикесс. И она, такая вот, существовала. Выходила и признавалась в любви главному режиссеру, актерам, а потом выбегали врачи-санитары и увозили ее в сумасшедший дом. Такая женская роль у меня была. Но я считаю, пусть мужчины играют мужчин, а женщины - женщин, раз уж существуют на земле и те, и другие.
И, тем не менее, именно женщин артист считает самыми строгими театральными критиками. Причем далеко не всех представительниц прекрасного пола, а только... работниц театральных касс.
- Я всегда ориентируюсь на женщин-кассиров. Если им что-то не нравится - никогда не заставишь их смотреть спектакль. Вот это - показатель. Уж если они сказали, что спектакль хороший, значит, он и вправду хорош. И потом, они ведь общаются со зрителем. Им же зритель «плюет» в лицо, если что-нибудь не так. А когда что-то хорошее, так они первые получают благодарности. Потом, смотришь, кассиры-гардеробщицы и нас, актеров, похвалят.
А зритель - тот и вовсе удивляет бывалого артиста.
- Бывает, идет спектакль, и мы так плохо играем, и слова забываем, и поставлен он неудачно... Казалось бы, в нас вот-вот полетят гнилые помидоры или зрители просто начнут уходить. Но нет - в зале тишина, в конце выступления аплодисменты, зал встает. Какой у нас все-таки добрый, снисходительный зритель! Хотя он вовсе не обязан быть приятным.
Но и зритель должен быть разборчивым. И не прощать, если его оскорбляют, тем более со сцены. Это ведь все же искусство. А то некоторые готовы и матом ругаться, и вытворять неизвестно что. В обычной жизни любой может дать по роже, если кто-то его обозвал, а в театре мы почему-то позволяем себя оскорблять, слушаем те же ужасные вещи.
Театр должен быть культурным. Иначе кого мы воспитаем? Ведь не только театр воспитывает зрителя, но и зритель тоже, в свою очередь, делает искусство и воспитывает театр.
Виктор Манаев - артист не только по профессии, но и по призванию. Ему действительно есть что сказать публике. Для тех, кто не бывал на спектаклях с его участием или не все расслышал между репликами роли, - несколько слов из самого сердца актера.
- Не врите себе. Жизнь может быть не такой длинной, как кажется. Жизнь не черновик, ее нельзя будет переписать. Это как татуировки. Важно осознать, что Господь дал тебе одну-единственную кожу. А когда начинаешь ее разрисовывать-накалывать, то будто хочешь стать совершеннее, чем тебя создал творец. Я не призываю не татуироваться, я прошу: думайте!
Нужно учиться любить жизнь. И вообще учиться любить, потому что мы совершенно растерялись, не понимаем, как это. Мы думаем, что любить - это получать удовольствие, наслаждение. Но ведь это самый большой обман, какой есть в мире. Любовь - это самопожертвование. Любовь - когда отдаешь себя, когда забываешь про себя, и не только ради родного по крови, а ради любого человека, которому сейчас нужна твоя помощь. Об этом нужно кричать. Об этом нужно играть спектакли. Об этом нужно напоминать друг другу.

«РиО», № 10 (217), октябрь 2006 г.
 
200stran.ru: показано число посетителей за сегодня, онлайн, из каждой страны и за всё время
 
© 2008-2012 belactors.info. При использовании материалов ссылка на сайт обязательна.