Белорусские актеры театра и кино Люди театра и кино Интервью, рецензии Ссылки Гостевая

   Карта сайта  Для писем  На главную
• БИОГРАФИЯ

• ТЕАТР

• КИНО

• ПРЕССА

• КОММЕНТАРИИ


Если Вы заметили неточность,
если Вы располагаете
дополнительными
сведениями, напишите
администрации
или оставьте
сообщение в Гостевой.
Спасибо.
  АКТЕРЫМВИКТОР МАНАЕВ

Манаев Виктор Сергеевич
Фото Андрея Спринчана
 Манаев Виктор Сергеевич 
    Виктор Манаев:
    От «придурка» до майора ФСБ -
    за 20 минут»

     Ольга Кондратьева

В Минске закончились съемки 16-серийного телесериала «Небо и земля» режиссера Виктора Сергеева, известного по таким известным фильмам как «Шизофрения» и «Гений». В новом сериале, показ которого планируется на канале РТР в декабре, заняты не только российские, но и белорусские актеры.

Как писала ранее «БДГ», «фильм повествует о буднях гражданской авиации. По сюжету действие происходит в одном из российских городов. Падает самолет, при этом погибают жена и дочь одного из героев картины (его роль исполняет известный белорусский актер Сергей Журавель), который начинает мстить супруге летчика разбившегося самолета». А майора ФСБ, который разыскивает злоумышленника, разглядели в замечательном белорусском Чарли Чаплине - Викторе Манаеве, который не уставал спрашивать Журавля: «Что ж ты гада-то такого играешь?!» Как рассказал актер «Белорусским новостям», он впервые в жизни ощутил вкус кино.

- Снимали в основном аэропорт Минск-2, начиная с диспетчерского пункта, сердца аэропорта, куда никого не допускают, но съемочную группу пустили, заканчивая эллингами, где ремонтируют самолеты, служебные помещения, вип-залы, летное поле и самолеты. Это было очень интересно. Я так полюбил этот аэропорт. Я сидел в кабине самолета и «допрашивал» очень многих известных российских звезд.
- Виктор Сергеевич, наверное, трудно было переключиться с театра на кино?
- Было очень сложно. Были дни, когда приходилось после спектакля «Ужин с придурком» через 20 минут превращаться в майора ФСБ, строгого, серьезного, который вообще ни разу не улыбается на протяжении всего фильма, но очень умного, доброго и человечного, как советский герой майор Пронин. Но это интересно: приезжать из аэропорта, снимать майорский костюм и тут же превращаться в какого-нибудь клоуна.
- Актер ведь зависимая профессия. Сложно быть в такой зависимости?
- Конечно, она очень зависимая, такая же, как вся наша жизнь. Актер - в первую очередь человек. А человек - существо очень зависимое прежде всего от Бога и от самого себя. Актер, кроме того, еще зависит от режиссера, драматурга, обстоятельств и многого другого. Но быть зависимым от того, что ты любишь, очень приятно. Ты понимаешь, что не все в жизни сахар, надо что-то и терпеть иногда, например, отсутствие ролей, понимать, что это, может быть награда, а не трагедия, чтобы не забыть, что ты не только актер, но и человек, не забыть о себе настоящем.
- Виктор Сергеевич, вы создаете впечатление очень доброго и искреннего человека как со сцены, так и при личном общении. Что в жизни заставляет вас испытывать чувство злости?
- Это мое несовершенство, грехи и еще неизжитые страсти. Только это.
- А в других людях?
- Пока понимаю, что я - полный набор ужасов, до тех пор не имею права не то что злиться, даже раздражаться на проявления других. Сначала надо у себя бревно вынуть, чтобы давать советы другим или быть кем-то не довольным. Человек всегда ищет причину вовне: все виноваты, кроме меня, общество, любимый, мама, партия, климат виноваты. Вы заметили, что мы так и живем. Никогда мы не обращаемся к себе. Все, что с нами происходит, зависит только от нас. Поэтому нужно набраться мужества и заглянуть в свое собственное сердце прежде, чем пытаться изменять сердце другого человека.
- Я знаю, что когда-то вы пытались заняться политикой. Даже баллотировались в депутаты. Сейчас вы нашли себя в жизни в профессии актера?
- Это такая проблема роста. Знаете, как дети всегда хотят играть с тем, что вредно, что может уколоть, порезать, принести какой-то ущерб. Детский период у меня был немного затянут, но теперь, слава Богу, игрушки все в прошлом. Я испытываю громадное удовольствие от того, что повзрослел. Вообще, одна умная армянка, у которой я когда-то отдыхал, сказала, что все ошибки человек делает до сорока лет, после сорока он по-настоящему молод, в 60 - он зрелый, в 80 - пожилой, ну а после - уже немножко старый.
- Про мужчину говорят, что до 50 лет он ребенок, после 50 - в детство впадает.
- Лучше, чтобы было наоборот. Сначала надо есть жидкую пищу, а потом и твердую переваривать. Как же потом встречать все нападки судьбы и обстоятельств, если после 50 опять детьми стать?
- У вас наверное есть ярые поклонницы-женщины?
- Бывает, что открытки, письма присылают, цветы дарят.
- Виктор Сергеевич, а бывает неблагодарный зритель?
- А что это такое?
- Я хотела у вас спросить, чувствовали ли вы когда-нибудь, что зритель пришел неотзывчивый, неблагодарный?
- Никогда такого не чувствовал. Может быть или плохой спектакль, или я был не в форме, не на месте и не в самом себе, но зритель не может быть виноват. Он может быть виноват только в одном, что иногда слишком добрый и прощает то, что не следует, например, слабые спектакли. Раньше помидорами забрасывали, а сейчас не забрасывают. У нас в театре Янки Купалы столько идет «мелкотемья», знаете, как я говорю, из академических пушек по воробьям стреляют. Зритель все это принимает, а потом говорят, что ему это интересно. Я думаю, надо все-таки планку повыше поднимать. Если человек пришел в театр, надо приподнять его чувства и душу, облагородить, очистить ее хотя бы чуть-чуть, если можно так сказать, «утеплить» душу. Если и посмешить, то ни в коем случае только ради смеха. Для этого есть эстрада, Петросян выступает каждый день по телевизору. У театра, мне кажется, совсем другие задачи.
- В одном из интервью вы сказали, что не очень похожи на своих героев Франсуа Пиньона из «Ужина с придурком» и на Ивана из «АРТа».
- Все-таки я хочу быть на них хоть чуть-чуть похож в искренности, чистоте, простоте.
- Но почему? Ведь в наше время таких людей, как Пиньон, жизнь выбрасывает за борт. Люди бы назвали его «растопшой». Трудно так жить.
- А кто сказал, что жить должно быть легко?
- Но все стремятся к этому.
- Это ужасно. Это самое большое заблуждение. Люди живут во лжи, они обманывают друг друга. Жизнь не может быть проста хотя бы потому, что в диалекте развития все идет к болезни и смерти. Мы переживаем потери родных, друзей, измены, меняемся сами. Жизнь не может быть легкой. Это обман. Когда мы стареем, у нас от болезни губы становятся синими, мы начинаем красить их красной краской. Мы обманываем других и себя. Но в этом случае это нормально. А когда на молоденькой красивой 16-летней девочке тонна «штукатурки», кого и зачем она обманывает? Я хочу сказать, что мы должны воспринимать жизнь такой, какая она есть, мужественно, правдиво. Она не легкая, и если мы будем от нее убегать, она еще сильнее будет нас бить.
- Если бы, Виктор Сергеевич, было больше людей, которые думали подобно вам, мир стал если не идеален, то, по крайней мере, близок к этому. Что нужно сделать, чтобы люди осознали это? Как воспитать человека?
- Люди утратили Бога, поэтому они утратили все: ориентир, где верх, где низ, где правда, где ложь. Решили, что они - творцы. Сейчас они начнут красиво одеваться, зарабатывать много денег, покупать фрукты, витамины, и вообще им больше дела ни до кого нет. Только я и моя семья - и будут счастливы. Это все тоже ложь. Человек должен понимать, что зависит от своего Творца. Он же не от обезьяны произошел. Надо же дойти до безумия, чтобы такое представить. Во всяком случае, если человек и произошел от обезьяны, то он стал на путь регресса, потому что обезьяна не курит, не пьет, не уничтожает свой тропический лес, не изменяет, не убивает. Насколько хуже обезьяны мы стали... Самое главное безумие - окружать себя деньгами, говорить, что я - самость, когда самое важное в жизни - ощущать себя, стоящим смиренно перед своим Творцом. Мы должны ощутить боль от озарения истины, а не заглушать ее транквилизаторами, ощутить свое несовершенство, как мы ошибаемся в понятиях любви. Уже дошли до безумия и называем любовью слово «секс». Это еще большая чушь, чем та, что человек произошел от обезьяны. Любовь - это жертвенность, когда понимаешь, что не мне, а я отдам сам, не думая о себе ни капельки. А все перевернуто так, что я хочу получить больше наслаждения, удовольствия, не понимая, что на дне всех этих удовольствий лежит громадный скорпион и ведро яда. Это каждый человек когда-нибудь поймет через болезни, скорби. Но хотелось, чтобы это было скорее. Хотелось бы услышать, когда Бог к нам стучится шепотом любви и голосом совести. Иначе он все равно достучится рупором страданий.

«Белорусские новости», 17 апреля 2003 г.
 
200stran.ru: показано число посетителей за сегодня, онлайн, из каждой страны и за всё время
 
© 2008-2012 belactors.info. При использовании материалов ссылка на сайт обязательна.