Белорусские актеры театра и кино Люди театра и кино Интервью, рецензии Ссылки Гостевая

   Карта сайта  Для писем  На главную
• БИОГРАФИЯ

• ТЕАТР

• КИНО

• ПРЕССА

• ФОТОГРАФИИ

• КОММЕНТАРИИ


Если Вы заметили неточность,
если Вы располагаете
дополнительными
сведениями, напишите
администрации
или оставьте
сообщение в Гостевой.
Спасибо.
  АКТРИСЫМТАТЬЯНА МАРХЕЛЬ

Мархель Татьяна Григорьевна
Фото: Александр Ружечка
 Мархель Татьяна Григорьевна 
    Куда бы мы ни шли, всегда идем домой
     Наталья Писарева

Мягкий чарующий голос, покоривший некогда Виктора Турова, - фирменный «почерк» заслуженной артистки Беларуси Татьяны Мархель. Хранительница традиций Республиканского театра белорусской драматургии снималась в «Людях на болоте» по роману Ивана Мележа, «Олимпиаде» Ивана Пташникова, «Новой земле» Якуба Коласа, «Плаче перепелки» Ивана Чигринова и многих других кинолентах.
19 мая состоится премьера моноспектакля «Вячэра» по пьесе известного белорусского драматурга Евгения Шабана, в котором артистка исполняет близкую и привычную для нее роль простой крестьянки. Татьяна Мархель воплощает в себе тот непреклонный тип женщины, с чувством собственного достоинства, прямой осанкой и блеском в глазах, которая любые невзгоды встречает с песней на устах...
В жизни, как и на сцене, Татьяна Григорьевна, отпраздновавшая в 2004 году 65-летний юбилей, молода и энергична. Подвижная, она до сих пор на равных во всем с молодыми коллегами.


- Да слишком я влюблена в театр, все мои радости тут, - отвечает актриса на вопрос о секрете вечной молодости.
- Татьяна Григорьевна, мне показалось, образ, созданный вами в «Вячэры», - глубже, чем принято его трактовать. Пожилая деревенская женщина - и вдруг без платочка, интеллигентная, гордая...
- Вы знаете, белорусские женщины вообще очень мудрые и открытые. Я рада, что выросла в деревне и прошла эту школу внутренней чистоты. Моя мама прожила до 96 лет. Она всегда работала не покладая рук. Светлая, радостная, все делала с песней, шуткой. Идет со жнива с серпом на плече и поет. Ее песни записала и с удовольствием исполняю их.
Я всегда в основном играла простых белорусок. В деревне попросишь воды попить, а у тебя спросят: «Может, молочка принести?» Очень жаль, что сейчас рушатся вековые традиции и устои. Понятно: цивилизация, все развивается. Но есть вещи, которые не должны исчезать. Они окрыляют душу. Религиозные, обрядовые устои всегда поддерживали человека. Раньше жили без алкоголя, без допинга. Знаете, мне трудно представить себя где-нибудь за пределами Беларуси, хотя вполне можно было, поездив по миру, и жизнь устроить - я давно одна. Конечно, у других народов тоже много интересного, но это чужое.
- Давно вы наведывались в родовое гнездо?
- На Радоницу. Езжу я туда не очень часто, дом мы давно продали: маме было сложно одной управляться по хозяйству. В школе, которую когда-то окончила, мне приготовили приятный сюрприз. Дети читали стихи, пели.
- После этой встречи кто-то из них наверняка подастся в актеры?
- Знаете, есть там один талантливый мальчишка, очень хорошо рисует. Жаль, у его родителей вряд ли найдется время, чтобы помочь ему пробиться, раскрыть талант. Моя мама никогда не думала, что ее дочь станет артисткой. Правда, в самодеятельности я занималась еще со школы. Но сперва окончила медучилище, затем - мединститут и только потом поступила в театральный. Медсестрой выступала в народном театре и там окончательно поняла: надо что-то менять.
- Пели с детства?
- Подпевала маме. Поначалу воспринимала это буднично, естественно. Но когда стала актрисой, понадобилось спеть в «Новой земле» и «Людях на болоте». В песне есть, я верю, земное притяжение, духовный пласт веры.
- Драма оперной примы, лишившейся голоса в спектакле «Женщины Бергмана» по пьесе Николая Рудковского, зацепила в певунье Татьяне Мархель личные струнки?
- Сначала казалось: роль не моя, не справлюсь с ней. Знаете, характеры сельчанок накладывались на меня годами и все считали - это я сама. Но, готовясь к постановке, прочла дневники Бергмана, посмотрела его фильмы. Если он ссылался на Юнга - читала Юнга. Написала тетрадь с монологами (как вы знаете, текста у моей героини нет). Но молчать надо тоже выразительно, ведь зритель все равно за тобой пристально наблюдает, хочет разгадать молчание. Бергмановское мышление стало близким и понятным. Были сложности, но доверие режиссера Валерия Анисенко помогло мне. Я ведь по жизни не привыкла что-то доказывать. Не верите в меня - ну и ладно. Для себя я открыла много нового в этом спектакле. И с Людмилой Сидоркевич хороший дуэт сложился, мы подружились.
- Первым оценил ваш дивный голос еще Виктор Туров, предложив исполнить несколько песен в «Людях на болоте». Каким вы запомнили замечательного режиссера?
- Туров был эмоциональным, но при этом деликатным, трогательным. Похож на свою маму - я видела ее, когда с театром ездили на гастроли в Могилев.
На международном фестивале на Филиппинах за «Людей на болоте» ему вручили приз. Там, правда, было написано: «Режиссеру Герасимову за фильм «Люди на болоте». Туров отнесся к этому с юмором.
Он горел во время работы. Конечно, сложно ему приходилось. Часто бывал один - на съемках и в жизни. Снимал определенный круг актеров, это были его близкие товарищи. Был очень преданным в дружбе.
- С некоторых пор вас редко увидишь на телеэкранах...
- Не так легко найти материал, где нужна героиня моего возраста. Конечно, молодежь занята больше. Кино дает популярность, знакомства с другими актерами. А внутреннюю работу проделываешь в театре. О несыгранных ролях я не мечтаю. Творческого голода у меня не бывает. В театре я одна актриса своего плана, так что ролей хватает.
- Вам приходилось когда-нибудь делать выбор между семьей и работой?
- Нет, потому что муж был актером, мы работали вместе. Все удавалось совмещать. И одна из трех дочерей - Вера Шипило играет вместе со мной в Республиканском театре белорусской драматургии. Она не любит, когда я даю ей советы, зато я прислушиваюсь к ее мнению. Вера - более яркая актриса, драматические вещи может преподнести неожиданно с юмором и иронией. Я - скорее лирическая. Должна прочувствовать роль. Могу даже поплакать в отчаянии, если образ не удается. Говорят, правда, не омытая слезами роль - несделанная роль.
- В театре вы ощущаете себя наставницей?
- Нет, борони Боже! Учить я не умею. Взялась одно время в университете культуры, но отказалась. Не умею держать дистанцию, стать сверху. Теряюсь, и это сразу видно. Мне легче быть подругой, интереснее держаться с молодежью на равных.
- Программа «Судьба человека» была хорошим опытом?
- Сейчас на телевидении запросто могут использовать чужую проблему для собственной раскрутки. Я так не могу. Считаю, что нужно быть очень деликатной, тактичной, осторожной: перед тобой ведь живой человек, а не придуманный персонаж.
- Героиня «Вячэры» остро чувствует свое единение с природой, гармонию со всем живым на земле. Вам знакомы эти моменты полного умиротворения?
- Да, видеть небо, видеть, как распускаются листья, из семян вырастают растения, - настоящее чудо. Становится жаль людей, затурканных суетой, не всегда оправданной. Не каждый может остановиться. Теперь я люблю поработать на участке, вот у меня уже редиска взошла, боюсь, чтобы не замерзла. Земля - вот что меня по-настоящему удивляет.

«Советская Белоруссия», № 89 (22744) от 18 мая 2007 г.
 
200stran.ru: показано число посетителей за сегодня, онлайн, из каждой страны и за всё время
 
© 2008-2012 belactors.info. При использовании материалов ссылка на сайт обязательна.