Белорусские актеры театра и кино Люди театра и кино Интервью, рецензии Ссылки Гостевая

   Карта сайта  Для писем  На главную
• БИОГРАФИЯ

• ТЕАТР

• КИНО

• ПРЕССА

• КОММЕНТАРИИ


Неофициальный сайт Сергея Журавля
Неофициальный сайт

Если Вы заметили неточность,
если Вы располагаете
дополнительными
сведениями, напишите
администрации
или оставьте
сообщение в Гостевой.
Спасибо.
  АКТЕРЫЖСЕРГЕЙ ЖУРАВЕЛЬ

Журавель Сергей Борисович  Журавель Сергей Борисович 
    Человек, рожденный летать
     Валентина Жданович

Так повелось с ТЮЗа, где он, третьекурсник тогдашнего БГТХИ, ученик Александра Бутакова, в 1975-м сыграл молодогвардейца Сережу Тюленина. В Сергея-героя массово влюблялись юные зрительницы (сама видела - педагогом в те времена там работала), выстраивались в очередь - поближе подойти к авансцене: бросить цветок или просто посмотреть, а то и подружиться. Уже тогда «на Журавля» в ТЮЗ ходили. И почти лет двадцать ходят в Молодежный театр. И в «Никола-театр» дорога протоптана. Там, и в «Ботинках на толстой подошве», и в других спектаклях Сергей проявляет чудеса актерского перевоплощения.
Почти З0 лет он служит Театру, и скоро 50 - ему самому: возраст, позволяющий наполнить новые роли новыми открытиями.
Сегодня Сергей Журавель репетирует роль Цензора в «Академии смеха» по пьесе японского драматурга Коки Митани. Работа в Молодежном с режиссером Модестом Абрамовым его вполне устраивает.


- Как бы ты сам представил себя читателю?
- Я - артист, если говорить о профессии, о моей социальной роли и сложившемся уже стереотипе вроде такого: Журавель? О! у него все в порядке! А у Журавля ведь жизнь своя (улыбается). Это касается моей сущности и моего внутреннего мира. Признаюсь: человек я постоянно сомневающийся во всем, кроме избранной профессии. В своих успехах, даже способностях, каких-то принятых житейских решениях...
- О чем больше всего мечтал в детстве?
- О, ле-етчиком стать! Я летал во сне, а наяву представлял, как сижу за штурвалом, кручусь в воздухе - иду то в «штопор», то в «петлю Нестерова». Когда первый раз десятилетним летел на самолете, от красоты за бортом дух захватывало. Все, что связано с полетом - и птицы, и летчики, и песни о них, - вызывает во мне чувство восторга. Помню, читал я в «Пионерской правде» одну «многосерийную» фантастическую повесть о человеке, который мог летать. И тогда мне казалось: вот сейчас отложу газету, раскину руки - и полечу. Занимался прыжками в воду, «летал» с семиметровой высоты.
Я и сейчас хочу полетать, как летают птицы. Журавель - это ведь не случайно (смеется).
- В каких человеческих слабостях не можешь себе отказать?
- Если считать сон человеческой слабостью, то именно в ней отказать себе не могу (раскатисто хохочет). В остальном? Пожалуй, соблюдаю меру. Я не курю, не напиваюсь. Пиво пью. За ужином.
- Чьим мнением дорожишь больше всего в своей работе?
- Есть такой человек, режиссер Николай Пинигин. Он работает в театре Товстоногова в Питере и раз в год приезжает ставить спектакли в «Никола-театре». Он и создавался под Пинигина, которому доверяю как мастеру своего дела (он способен даже газетную статью поставить на сцене театра). Но это могут быть и люди других профессий. К примеру, жена моя, Оля. Она - не актриса, высказывает мнение не профессионально, скорее эмоционально выражает свое отношение к сыгранной мною роли. Но так, что я понимаю, в чем дело.
- На что не жаль потратить миллион?
- На здоровье и благополучие своих родных и близких. На сына, на маму, на папу, на Олю. Не исключаю возможность и благотворительных акций.
- Интеллигентность. Что это такое в твоем понимании?
- Способность в любой ситуации, при любых обстоятельствах говорить и отстаивать правду не в оскорбительной для других форме, если, конечно, речь идет о настоящей интеллигентности. С интеллигентностью я ассоциирую честь, достоинство, порядочность, смелость. Мне кажется, настоящие интеллигенты жили в начале века. Это не обязательно люди, вышедшие из дворянского сословия.
- Что тебе легче - подняться в 6 утра или лечь спать в 4?
- Обычно я поднимаюсь в 6.30. Если надо, встану и в 6, и даже в 5утра. К этому привык, потому что приблизился к возрастной черте, обязывающей высыпаться, чтобы быть в форме. Ведь с каждым днем время бежит с ускорением.
- Всегда ли ты говоришь то, что думаешь?
- К сожалению, не всегда. С годами понял, что правда может быть для другого человека тяжкой ношей, может его ранить. Но если задеты какие-то основополагающие жизненные принципы, честь, достоинство друзей - молчать не стану. И я никогда не стану говорить о том, чего не думаю, - это однозначно.
- Оказало ли влияние на твой характер созвездие, под которым ты родился?
- Не знаю. Честно признаться, во все эти штуки я не верю. Родился я 1 июня под созвездием Близнецов вместе со своим братом-близнецом. И слава Богу, что родился. Мое детство было безоблачным, очень счастливым. Папа, Борис Никитич Журавель, и мама, Валерия Павловна Большакова, еще до войны получили высшее образование, были связаны с сельским хозяйством. С нами жил дедушка, мамин отец, Павел Иванович Большаков. Он был военным. Жили мы в Минске на Калинина, рядом с площадью, гуляли в парке Челюскинцев, в Ботаническом саду. Я родился в созвездии хороших людей!
- Кого предпочитаешь держать в доме - кошку или собаку?
- Собаку. Она - преданный друг. Сейчас не держу никого. По жизни, когда стал жить вне родительского дома, животные ко мне приходили сами. Сначала приблудилась подвальная кошка, заставила себя полюбить, а потом сбежала, наверное, снова в подвал. Уже на другой квартире однажды под дверью увидел щенка. Месяц с ним возился: кормил, выгуливал, в машине оставлял, когда шли репетиции в театре. Щенок скучал, а я разрывался между ним и своими делами. Потом соседка предложила отвезти его в деревню.
- От кого ты устаешь больше всего?
- От людей, биоритмы которых не совпадают с моими. Я их остро чувствую. Вот говорит такой человек, и вроде бы все правильно, а мне плохо становится. Показатель душевной родственности, что называется, твоего человека - это когда с ним удобно, легко молчится.
- Есть ли в жизни вечная любовь?
- Есть. Она существует (улыбается, напевая: «...и вечная любовь...»). Но может ли всю жизнь ее выражать человек к другому человеку, вопрос спорный. Мне, однако, приятно думать о том, что моя жена будет любить меня до самой глубокой старости, не придавая большого значения моим недостаткам. А вообще-то в жизни говорить о любви мне не нравится, надо или любить - или не любить.
- Если ты любишь путешествовать, то какому виду транспорта отдаешь предпочтение?
- Мне нравится теплоход. Однажды в детстве меня и брата дедушка повез на свою историческую родину, в Великий Устюг. От Архангельска довелось плыть по Северной Двине на теплоходе «Иван Каляев». Был такой народоволец, современным языком выражаясь, террорист, который под какого-то угнетателя (уж не помню, царя или князя) бросил бомбу. На теплоходе я впервые ощутил эту радость спокойного, размеренного движения по воде. Путешествовал и по Волге, уже будучи выпускником театрально-художественного института. Потом я то летал на самолете, то ездил на поезде: и в Крым, и в Испанию, и в Тунис, но похожего умиротворяющего чувства, которое испытывал на теплоходе, не переживал. Надеюсь, что соберусь и снова поплыву...
- Кто твой самый близкий друг?
- Это Оля. С ней можно говорить обо всем, хотя я очень скрытный человек. С Олей я предельно искренен и открыт. Она большая умница, она - интеллигентна. И готовит очень вкусно (смеется).
- Веришь ли ты во внеземные цивилизации?
- Да-а, как ни странно. Я очень люблю смотреть телепередачи на тему других миров, читаю статьи. Мне это интересно. Я верю в существование Высшего Разума, который все устроил (и нас, человеков, в том числе организовал) на Земле и на небе... Вот от Него я - завишу, от Него и созвездие мое зависит. И у каждого есть связь с этим Разумом. И когда с большой убежденностью, внутри себя, к Нему обращаешься, что-то происходит. Я не раз сам в этом убеждался: вот нездоров, плохо - физически и на душе, грудь сдавлена. Начинаешь вести диалог с Ним, просишь: помоги! И вдруг (не сразу) внутри: щелк! Что-то происходит! Как будто нечто вытаскивает тебя из ямы дурного самочувствия и настроения. И становится легче, и дышится уже свободнее. Думаешь: и че это ты так, Сережа, мучился?..
Верю в предначертанность событий жизни, в судьбу. Не случайно я - артист, а не переводчик, хотя готовился в иняз. Не случайно потерял в первом браке двоих детей, сына и дочку. Даша пожила около пяти месяцев, а Паша, который через год вскоре после ее смерти родился, - и того меньше. Для чего-то нужно было пережить и мне, и моим близким такое горе... Все не случайно.
- Твой идеал женщины?
- Она должна быть... теплой (смеется). Во всех смыслах! Если женщина излучает тепло, она меня привлекает. Мне важно его почувствовать. Всю остальную атрибутику - природные данные, одежду - только потом начинаю изучать.
- Как проводишь свой отпуск?
- В последние годы - на даче. В Раубичах. Лес рядом, плещется вода... И не важно, дождь идет или солнце светит, лишь бы меня не трогали, не дергали по пустякам. На даче спасаюсь от суеты, читаю старые подшивки «Огонька» (еще 1952 года - дедушка собирал), папину «Науку и жизнь», вспоминаю юность, молодость: институт, участие в праздничных демонстрациях, тюзовский период жизни - наши встречи, посиделки с песнями и стихами. На даче - покой, умиротворенность во всем. Там отдыхаешь с ощущением тихого праздника.
- Чего нельзя прощать даже лучшим друзьям?
- Предательства, даже бессознательного. Если друг тебя невольно предал, а это может произойти в силу разных обстоятельств, продолжать с ним дружбу - невозможно. В настоящей дружбе есть одно, на мой взгляд, цементирующее условие: прежде чем совершить какое-то действие, подумай, заденет ли оно твоего друга, какими последствиями для него обернется. Задело раз-второй - образовалась трещина...
- Что такое, по-твоему, лень, а что - душевный покой?
- Я - ленивый. Все время себя заставляю работать, за-а-а-ставляю (хохочет), ну точно! И работаю! И успеха добиваюсь! Так вот лень и есть нежелание что-либо делать. А душевный покой - это состояние равновесия, когда внутри все поет. Мне приходилось на репетициях говорить режиссерам: успокойте артиста, помогите ему обрести душевный покой. Артист бывает зажат, нервничает, ему нужно поверить в свою состоятельность, и тогда он покажет вам чудеса своего мастерства. Из душевного покоя растет желание трудиться.
- Какие овощи и фрукты нравится выращивать на дачном участке?
- Никакие не нравится. Раньше это делала мама, я же занимался домом: вагонкой его обивал, достраивал веранду - пилил, стучал молотком... Обновлял забор, бетонировал площадку. Теперь мама уже старенькая и огородничество ей не под силу, я же понял: лучше нанять специалиста, который профессионально, быстро сделает свое дело. А я, чтобы оплатить его труд, заработаю деньги там, где у меня лучше получается.
- Будь вы главой государства нашей страны, что бы вы сделали в первую очередь?
- Позаботился бы о стариках. Тут даже не денежная сторона важна. Это скорее вопрос идеологии. Нужны новые, ободряющие стариков идеи, типа: старость - в радость, старики - золотой запас государства, почитаем старость... Такими, к сожалению, почему-то издавна сложились и общественное мировоззрение, и ситуация в стране, что пожилые люди в своем большинстве не чувствуют себя в обществе нужными, востребованными. А ведь многие полны сил, желания работать. Некоторые в 70 только начинают жить, а в 80 - хотят работать. Потенциалом и опытом этих людей нельзя пренебрегать.
- А врагов успел себе нажить?
- Я не червонец, как сказал Высоцкий, чтобы всем нравиться (хохочет).
- Кем бы стал, появись возможность начать все сначала?
- Я не знаю, какую бы выбрал профессию.
- Чего тебе лично больше всего недостает сегодня?
- Наверное, ощущения радости бытия, счастья жизни. Я - человек неприхотливый, поэтому в смысле материального достатка мне всего хватает. К счастью, у меня есть и машина, очень люблю на ней ездить, иногда напеваю, слушаю новости или настраиваюсь на роль. Как-то машина была в ремонте, и мне пришлось пару недель ездить в общественном транспорте. Сначала было интересно: люди вокруг! А потом увидел, какие у них скорбные или омраченные лица, отсутствующие взгляды. Мне от этого стало плохо, и я мысленно спросил у себя: а у тебя какое лицо? И посмотрел в оконное стекло. Увидел: вроде ничего, приветливое. А потом начал ездить на такси и думать о культуре взгляда.
- Когда в последний раз хохотал от души?
- Да вот же, только что (смеется). Вообще-то хохочу бывает по поводу и без повода. Недавно собирались компанией с «Альфа-Радио», я взял гитару, запел. Для многих, особенно молодых, для которых я очень уже старый дедушка, это было открытием. Мы смеялись, как дети, ели Олины пироги.
- При каких обстоятельствах ты познакомился с «СБ»?
- В детстве. Родители всю жизнь выписывали «Советскую Белоруссию» и выписывают до сих пор.
- Как ты относишься к наблюдению А.П.Чехова, что на свете нет ничего страшнее, чем провинциальная знаменитость?
- Потрясающее наблюдение большого художника. Я очень не люблю провинциализм как качество в человеке. Оно включает в себя и спесь, и чванливость, и кичливость. Провинциализм души не связан с местом рождения человека, а с тем, как он живет, как выражает себя во внешнем мире.
- Помнишь ли свое детское прозвище?
- Да. Журка, Журик и дворовое - Серый, хотя серым я никогда не был.
- Не рискнешь предсказать, какие перемены ожидают нашу страну через год?
- Не рискну. Я теперь не думаю даже о том, что будет через неделю у меня лично. Могу чего-то хотеть, на что-то надеяться, но предсказывать - не нравится.
- Где ты чаще всего встречаешься с друзьями?
- Дома, где мне очень хорошо.
- В какой стране тебе хотелось бы побывать и почему?
- Хочу больше, чем в страну, - в Антарктиду, к пингвинам.
- А какие книги, по-твоему, нужно прочесть всем?
- Библию. Ведь это кодекс духовных законов, высокой нравственности, законов существования. Мы знаем из всего этого лишь малую толику. Я Библию чувствую (у нас, актеров, ведь очень развита сенсорика). Когда-нибудь обязательно прочту ее всю - от начала до конца. Сейчас в моей жизни пока много суеты, а в суете будней Библию читать нельзя.
- У кого конкретно и что именно ты спросил бы в первую очередь, будь у тебя такая возможность - пообщаться с самыми интересными личностями нашего времени?
- Это Някрошюс, человек-явление в театральном мире. Еще в 25-летнем возрасте посмотрел его «Дядю Ваню» и был сражен мироощущением этого режиссера, его пронзительным прочтением Чехова. Я бы хотел понять этого человека изнутри, что невозможно: нужно быть Някрошюсом. Да и не хочу я у него ничего спрашивать, только могу сказать: спасибо, что ты есть!
- Ты хорошо знаешь свою родословную?
- Плохо. Этим вопросом я не задавался. Дальше дедов ничего конкретно не знаю. Дед по линии отца - родом из-под Копыля, работал на железной дороге стрелочником.
- Самый счастливый день в твоей жизни.
- Я помню чувство остро переживаемого счастья, когда увидел свою фамилию в списках поступивших в институт: я к этому стремился, и это - случилось! Ведь для театра, с точки зрения фактуры, внешности (маленький, дохленький, юный), я не очень-то и подходил. Мне говорили: брось ты, не поступишь. Я не бросил.
- Есть ли у тебя любимое занятие, помимо основного рода деятельности?
- Я уже говорил: мне очень нравится процесс езды в своей машине, водить обожаю, равно как и сцену.
- Что ты чувствуешь в обществе молодых людей?
- Мне хорошо с ними, будто я их ровесник. И среди друзей сына, и с молодыми коллегами. Мне кажется: молодость продолжается, и все еще будет... А потом сам себе говорю: ты куда? тебе, Серега, скоро 50, и ты уже Сергей Борисович. И сам отвечаю: жить будем! В общем, возрастные комплексы меня не мучают.
- Как часто и по какому поводу ты бываешь недоволен собой?
- Очень часто и по любому. Знаю, что зря. Но что делать? Вероятно, мне не хватает душевного потенциала, чтобы быть собой довольным. Мне очень редко, к примеру, нравятся мои работы в кино. Снимаюсь - доволен процессом работы, потом посмотрю и... - о ужас! что это?
- Рок-музыка - это надолго? Как считаешь?
- Хорошая - навсегда. Она есть и будет. Это «Битлз», «Роллинг стоунз», «Машина времени».
- Твое любимое блюдо...
- Молодая картошка, с маслом и кусочком хлеба. И посолить! Аж голова кружится, когда она варится.
- Футбольная команда...
- Я не смотрю футбол, не люблю.
- Танец...
- Лезгинка.
- Музыкальное произведение...
- Шестая симфония Чайковского (напевает), близки мне Бетховен, Моцарт, обожаю «Yesterday» (она одухотворена, а казалось бы - совсем простая песенка) и то, что поет Паваротти.
- Запах...
- Свежескошенной травы (нюхаешь и хочется жить, аж мурашки по коже) и Северного моря.
- Цвет...
- Красный.
- Время года...
- Раннее лето, начало июня.
- Погода...
- Как летом в Прибалтике: на солнце - комфортно, в тени - прохладно, градусов двадцать.
- Цветы...
- Комнатные и букеты полевых цветов - васильков, ромашек - и чтоб травочка там была, колосок. Дарить люблю розы.
- Наряд...
- Джинсы, гольф, куртка с карманами, может быть, мягкий джемпер. Костюм выходной не отрицаю, в нем я тоже себя чувствую неплохо.
- Праздник...
- Мне нравится предвкушение любого праздника, а не сам конкретный праздник.
- Можешь ли назвать то место на земле, которое тебе всего милее?
- Да. Это Восток-1, начало микрорайона Зеленый Луг. Там есть березки, вода близко, рыбаки рыбу ловят. Мне нравится моя квартира. Парадокс, но дома у меня снижается до нормы обычно повышенное в театре давление.
- Часто ли приходится одалживать у кого-то деньги?
- Нет, лишь крайний случай может меня к этому вынудить.
- Каково твое отношение к конкурсам красоты?
- Никакое. Хотя приходилось быть и членом жюри. Понимаю, что это вид шоу-бизнеса. Там слишком красиво, но как-то застандартизировано. В этих юных женщинах-статуях нет, на мой взгляд, эксклюзива, оригинальности, которые, случается, видишь в лице и фигуре неклассических пропорций.
- Веришь ли ты в изречение «Все, что ни делается, - к лучшему»?
- Да! Я пессимист, всегда себя так успокаиваю. И с высоты прожитых лет понимаю, что думать так - правильно.
- Как заботишься о собственном здоровье?
- Плохо забочусь. Все откладываю на потом, на понедельник. Но и в понедельник, как обычно, просыпаюсь, иду на кухню, не включая свет, пью чай и гляжу в окно, а там дедушка старенький бегает. Каждый день, в любую погоду. А я думаю: «Боже мой, какой молодец!» Может быть, и я за ним побегу, но когда - не знаю.
- Летаешь ли ты во сне?
- Не так давно летал... (Напевает: «Еще как птица хочу подняться...»)
- Когда у тебя плохое настроение, что ты делаешь?
- Лучше спроси, когда хорошее (смеется). Если совсем невмоготу, то делаю то, о чем уже говорил, - обращаюсь внутрь себя, но это бывает нечасто. Как правило, просто смиряюсь с ним: плохое и плохое, ну и ладно, пройдет. Проходит! Я его не контролирую - проживаю. Если на душе мрачно, а впереди вечерний спектакль, прихожу в театр еще раньше, чем обычно. Плохое настроение моя актерская профессия перед спектаклем исключает. Я долго, дольше обычного, настраиваюсь на нужную волну роли. Кстати, я всегда гримируюсь. Не люблю перед спектаклем разговаривать и не понимаю тех, кто «ла-ла-ла...» - и побежал на сцену.
- Ты часто пишешь письма?
- Не пишу и не люблю, в крайнем случае, скрепя сердце, отвечу на письмо зрительницы: спасибо, спасибо... Пишу сценарии для роликов на «Альфа-Радио». Но они коротенькие.
- Веришь ли ты в лучшее будущее наших детей?
- Надеюсь, что оно будет лучшим.
- Вопрос, который ты задал бы сам себе? И твой ответ...
- Самый банальный: как дела? И: у меня все нормально!

«Советская Белоруссия», № 36 (21946) от 25 февраля 2004 г.
 
200stran.ru: показано число посетителей за сегодня, онлайн, из каждой страны и за всё время
 
© 2008-2012 belactors.info. При использовании материалов ссылка на сайт обязательна.